В первой половине XIX в. продолжалось изучение буферной территории, простирающейся между Россией и Китаем, в том числе сбор сведений об Амуре. Так, в 1826 г. чиновник Уваровский составил «Записку о р. Амуре», содержавшую четкий и важный вывод о том, что народы Амура «никому нсподведомственны» и никакому правительству не подчиняются. В 1829 г. по инициативе генерал-губернатора Восточной Сибири А.С. Лавинского была организована экспедиция по исследованию района Шантарских островов. Начальник ее П. Т. Козьмин наряду с основными материалами доставил сведения и об Амуре.

Таким образом, в географическом плане к середине XIX в. Амур, казалось бы, не таил каких-то особых загадок для русских людей. Однако обстоятельства сложились так, что простой опрос оказался чрезвычайно запутанным. Этому способствовали неверные выводы, сделанные еще в конце XVIII — начале XIX в. некоторыми зарубежными и русскими мореплавателями, суть которых заключалась в том, что Амур не имеет четко выраженного выхода в океан, его воды теряются в наносных песках лимана, а Сахалин — не остров, а полуостров, соединенный с материком перешейком. О существовании такого перешейка говорил в 1787 г. французский мореплаватель Ж. Ф. Лаперуз, через десять лет этот ошибочный вывод подтвердил англичанин У. Р. Броутон, а в 1805 г. — И. Ф. Крузенштерн. Данные ошибочные положения предопределили отрицание важности Амура для Русского государства. В свою очередь, это затормозило решение проблемы воссоединения Приамурья и Приморья с Россией. Так, в 1832 г. для рассмотрения вопросов, касавшихся состояния пограничной линии Восточной Сибири, был созван специальный комитет. На нем, в частности, говорилось о необходимости завершения русско-китайского территориального разграничения. Но неправильное представление об Амуре сыграло свою роль, и никакого конкретного решения по поставленным вопросам не было принято.

С конца 30-х годов XIX в. в международной обстановке на Дальнем Востоке появился новый аспект: главным содержанием международных отношений на востоке Азин стала борьба сильнейших капиталистических держав Европы и США за эксплуатацию расположенных здесь стран и народов, захват политических и стратегических позиций, включая плацдармы для дальнейшей экспансии.

Серьезно обострилось и внешнеполитическое положение Китая. Особенно напряженными стали его отношения с Англией, стремившейся овладеть китайским рынком. В ноябре 1839 г. Англия развернула военные действия против Китая. Усилили проникновение в эту страну в 30 - 40-х годах и Соединенные Штаты, занимавшие по объему торговли с ней второе место (после Англии). В 1842 - 1844 гг. пекинское правительство вынуждено было подписать с Англией, США и Францией неравноправные договоры.

В условиях обострения обстановки на Дальнем Востоке в целом, усилилась угроза и непосредственным интересам Русского государства в этом районе. Англия, США и Франция могли проникнуть на побережье Приамурья, а из бассейна Амура открывался путь в Сибирь. Безопасность Сибири находилась в большой зависимости от позиций России на Дальнем Востоке. Подтверждением экспансионистских устремлений некоторых государств служили «научные изыскания» англичан Билла и Остена, которые во второй половине 40-х годов пытались пробраться в устье Амура для разведки побережья и природных ресурсов края. Существовала необходимость учитывать и такой момент, как возможность использования иностранными капиталистами Китая во враждебных России целях.

Сложившаяся обстановка не могла не оказать влияния на внешнюю политику русского правительства. В 1843 г. был учрежден Особый комитет для обсуждения и разработки мер по укреплению позиций России на Дальнем Востоке в связи с изменившейся там ситуацией. Результатом обсуждения явилось решение правительства, предусматривавшее прежде всего проведение исследований по окончательному выяснению вопроса о судоходности устья и лимана Амура и островном положении Сахалина. Но посылка официальной русской экспедиции для изучения данного района представлялась нежелательной, поскольку такая мера могла привлечь внимание западных держав, стремившихся не допустить усиления позиций России на Дальнем Востоке. Из соображений осторожности исследования было предложено проводить Русско-Американской компании, которая имела характер частного предприятия, но находилась фактически под контролем государства. Первая экспедиция направилась в устье Амура в 1845 г. (ее возглавлял Д. И. Орлов), а через год здесь же проводил исследования А. М. Гаврилов. Экспедиции подтвердили важный вывод о том, что местные жители «ничего не знали о маньчжурах и жили сами по себе, то есть без всякой власти над ними». В то же время мореплавателям опять не удалось дать правильный ответ о судоходности Амура и островном положении Сахалина.

Неточные выводы экспедиций укрепили положение противников разрешения Амурской проблемы, среди которых выделялся министр иностранных дел К. В. Нессельроде. Удовлетворенный результатами экспедиций Орлова и Гаврилова, Нессельроде незамедлительно доложил о них царю. Николай I наложил на доклад резолюцию: «Вопрос об Амуре, как о реке бесполезной, оставить». Однако объективное развитие исторических событий опровергло подобные «повеления».

 

Автор: О.И. Сергеев

 

Предыдущая статья здесь, продолжение здесь.

Google Analytics

Яндекс. Метрика