Эстетические каноны чайного культа сравнительно быстро получили распространение во всех областях художественной культуры Японии конца XVI-XVII века. Само название чайной комнаты - сукия, трактуемое в первоначальном значении иероглифов как «убежище пустоты», стало стилевым понятием японской архитектуры. Конструктивные и эстетические качества традиционного жилого дома с его свободной пространственностью интерьеров, не заполненных предметами обихода, идеальной чистотой  покрывающих пол соломенных матов, художественным осмыслением  натуральных материалов - дерева, бамбука, соломы - восходят к идеалам  чайного культа.

Ни с чем не сравнимо было воздействие этих идеалов на развитие  декоративных искусств. Здесь особенно важным оказалось то, что философский смысл чайной церемонии должен был выражаться в реальных художественных качествах всех ее аксессуаров и предметной среды, где она происходила. Эстетика чайной церемонии утвердила в японском искусстве принцип единства утилитарности и красоты. «Мастера чая» сознательно подчеркивали эстетические качества обычных предметов утвари из повседневного обихода простых людей. Эти идеи исподволь формировались в недрах зарождающейся культуры третьего сословия. Но по своим результатам это была полная переориентация в эстетических взглядах и представлениях о красоте, отразившаяся на всем  художественном мышлении времени, когда научились видеть в малом - большое, в обыденном -  прекрасное. В свою очередь это развивало способность тончайшей реакции на красоту в природе и искусстве. Так чайные церемонии оказались  сильнейшим импульсом в развитии архитектуры, искусства садов, а также керамики, расцвет которой начинается как раз в XVI веке.

Чайная комната

Как известно, центры керамического производства в разных  провинциях существовали еще в древности и выпускали изделия как для религиозных церемоний, так и для повседневных нужд населения. В  период Камакура самым крупным таким центром стал Сэто в провинции Овари, специализировавшийся на сосудах, покрытых зеленоватыми и темно-желтыми глазурями поверх рельефного узора. Другие центры - Токонабэ, Сигараки, Тамба, Бизэн, Эхизэн до начала XVI века имели более скромное значение. Вместе с Сэто эти керамические центры получили название «Шести старых печей». Их продукция - тяжелая, грубоватая керамика для нужд окрестных деревень (горшки, бутыли, чаши, специальные сосуды для хранения семян) - изготовлялась из местных материалов. Их простота, утилитарность, непритязательность оказались соответствующими новым идеалам красоты, сформировавшимся под влиянием чайного культа, и вскоре эта керамика не только стала использоваться «мастерами чая», но и специально  изготовляться с учетом новых требований.

Наиболее полно отвечали им керамические изделия печей Сигараки и расположенных рядом с ними печей Ига. Вылепленные из красновато-коричневой глины, мягкой и пластичной, они покрывались глазурью голубовато-зеленых тонов, напоминавших цвет патины на старинной бронзе. Выдающийся пример изделии такого рода - выполненная в Ига ваза для цветов неправильной цилиндрической формы, как будто чуть смятая, скульптурно вылепленная. Глазурь легла на ее шершавую поверхность неровными затеками, вздулась пузырями и наростами. Желтовато-зеленая сверху, она как будто закоптилась и потемнела от времени, переходя в густой  серо-зеленый цвет к низу вазы.

Неправильность формы, как бы связывающая эту керамику с  творениями природы, постепенно стала все более характерной чертой изделий, специально выпускавшихся для тяно-ю. Даже технические дефекты - трещины и разрывы керамической массы при обжиге, пятна и  углубления в глазури - стали рассматриваться как ее художественные достоинства, связанные с самим материалом, его обработкой.

 

Автор: Н.С. Николаева

 

Предыдущая статья здесь. Продолжение здесь.

Google Analytics

Яндекс. Метрика

Яндекс.Метрика

Рамблер / Топ-100